Второй урок, английский для продвинутых учеников:
“Три ведьмы-трансвеститки разглядывают три кнопочки на часах “Свотч”. Какая из ведьм-трансвеститок разглядывает какую кнопочку на часах “Свотч”?”
Теперь по английски!
Three switched witches watch three Swatch watch switches. Which switched witch watches which Swatch watch switch?

Третий и последний урок, английский для абсолютных профессионалов:
“Три швейцарских ведьмы-сучки, желающих изменить свой пол, разглядывают три кнопочки на часах “Свотч”. Какая из швейцарских ведьм-сучек, желающих изменить свой пол,разглядывает какую кнопочку на часах “Свотч”?”
Теперь по английски!
Three swiss witch-bitches, which wished to be switched swiss witch-bitches, watch three swiss Swatch watch switches. Which swiss witch-bitch, which wishes to be a switched swiss witch-bitch, wishes to watch which swiss Swatch watch switch?

http://news.bbc.co.uk/hi/russian/sci/tech/newsid_4724000/4724395.stm

http://www.nasa.gov/returntoflight/main/

Какое бы ни было общество, и какой бы уровень жизни не был в стране, никогда нельзя спрашивать у людей: повышать налоги или нет. Бессмысленно, все скажут: нельзя. Может быть найдутся пара процентов здравомыслящих людей, но погоды они не сделают.

Мне кажется причина тут только одна: нежелание платить налоги появилось как раз тогда, когда власти ввели первый налог. С тех пор нежелание это силилось и усложнялось. Зато собирать налоги любили во все времена. Работа эта была очень ответственной и опасной. Например, русские князья налоги собирали лично, объезжая владения со всем своим войском. Как-то раз князь Игорь по халатности взял с собой лишь небольшой отряд и в итоге поплатился за это. Он был убит древлянами.

Про современных «налоговиков» сочиняют анекдоты, рассказывают истории. Налоговый инспектор занял свое достойное место в демоническом пантионе современного человека.
Мой хороший знакомый рассказывал историю с бывшей работы.
Пришла к ним налоговая инспекция с проверкой. Потребовали документы по закупкам, сбыту и т.п. Бухгалтер выдала им документы, сидят парни изучают. Подзывает их главный бухгалтершу, строго спрашивает:
— Вот почему вы за сколько покупаете, за столько и продаете товар? На что вы вообще тут живете?
Ответ бухгалтерши повергает в ступор:
— Мировоззренческие вопросы обсуждайте с шефом!
Занавес.

В ответе этой милой служительницы магических цифр сквозит доля истины: платить налоги это вопрос мировоззрения и согласия с самим собой. Среди известных мне людей таким мировоззрением не обладает никто. Вот и анекдот в тему пришелся:

Врач спрашивает у больного:
— Давно вы заметили, что получаете удовольствие от уплаты налогов?

Так что же получается? Платить налоги – противоестественно?

Причем тут грядки скажете вы? Дело в том, что когда я сталкиваюсь с системой государственной торговли в Минске, то возникает у меня стойкое ощущение «дежавю». Как будто не магазин это вовсе, а грядка. И не продавец это, а самый натуральный «колхозник». Вот самый близкий пример.

Надо было мне купить кусок красивой оберточной бумаги для своих творческих нужд. В такую бумагу подарки заворачивают. Подошел в отдел, где эти подарки оборачивают. Дождался пока серьезная тетя, похожая за школьного завуча, завернет очередную коробку в яркую обертку.

Спрашиваю: «Мне нужна цветная бумага. Сантиметров 30.»
Ответ: «Мы не продаем».
Я поднимаю брови: «Но вы же подарки в нее заворачиваете?!»
Серьезная тетя: «Да, заворачиваем.»
Я еще больше удивляюсь: «Но вы же заворачиваете подарки в эту же бумагу! И деньги за нее берете!»
Серьезная тетя становится еще серьезнее: «Да, заворачиваем, но не продаем!»

Через пару минут препирательств и моих просьб оплатить ее работу по отрезанию куска бумаги я узнал, что бумагу продают только в отделе канцтоваров, а они только заворачивают подарки. Все! Менять нельзя! Как в анекдоте: «Я не даю ссуды, а они не торгуют семечками».

Эта серьезная тетя и есть яркий пример рудимента совковых магазинов, где каждый работник торговли думает не том, что он может сделать для покупателя, а том чего он ни при каких условиях делать не должен!

Вот и растут эти грядки на улицах большого города.